Борис Кнорре

Экологическое служение в православном контексте.

Директор заповедника – православный пастырь.

Забота об экологии давно стала привычной сферой для многих христианских, в том числе и православных, церквей. Например, Патриарх Константинопольский Варфоломей давно известен как активный деятель международного экологического движения. В православной традиции он практически впервые поставил в центр своего служения заботу о сохранении живой природы, о развитии "экологического сознания".

Для Константинопольского Патриархата, да и для Элладской Церкви характерны постоянные экологические инициативы. Духовенство не только участвует, но и организует регулярные "экологические круизы" по средиземноморью и европейским рекам, экологические семинары, в которых нередко участвуют до нескольких сотен участников.

Епископы и церковные лидеры различных Церквей Европы также всерьез озабочены экологическими проблемами. Они проводят акции, направленные против радиоактивных выбросов в море, требуют разрешения таких проблем, как чрезмерный вылов рыбы, небезопасные перевозки нефти, загрязнение сточными водами с сельскохозяйственных угодий. И деятельность церквей Европы по сохранению экологии дает свои результаты.

Однако для Русской Православной Церкви экологическое направление деятельности пока остается неразвитым. Казалось бы, где как не в России, сохранившей огромные природные богатства, требуется экологическая забота, и трудно представить себе основания, на которых Церковь, заботящаяся о восстановлении традиционных российских ценностей, могла бы дистанцироваться от экологических проблем. Но, тем не менее, участие РПЦ в данной сфере социального служения минимально, оно проявляется лишь на уровне редких инициатив.

Исключение составляет Российский православный университет им. св. Иоанна Богослова, организовавший в 1996 г. экологический факультет для подготовки специалистов-экологов широкого профиля и Синодальный Отдел религиозного образования и катехизации РПЦ, организующий ежегодные экологические секции в рамках Международных Рождественских образовательных чтений.

Совершенно особым примером экологической деятельности православных является организация Водлозерского национального парка на Севере России, о котором ниже и пойдет речь.

Краткая история Парка. От ноосферы – к православному традиционализму.

В конце 80-х гг. на волне пробудившегося интереса части городской интеллигенции к сельской жизни, сопровождавшейся миграцией отдельных городских семей на Север, в поселке Куганаволок – главном населенном пункте, расположенном на Водлозере на юго-востоке Карелии, площадью около 1000 км. кв., сформировалась инициативная группа по организации национального парка. Главным инициатором организации Парка выступил харьковчанин, физик по образованию, Олег Червяков. Серьезную помощь ему оказал его ближайший родственник Валерий Гудым.

В 1991 г. был образован Национальный парк "Водлозерский", который охватил природный комплекс озера Водлозера и бассейн реки Илекса. Под защиту государства была принята отдаленная, труднодоступная, малоосвоенная и почти не населенная территория на Русском Севере площадью в 5 тысяч кв. километров. На этой территории чудом сохранилась не только первозданная природа, девственные леса и чистые озера, но и богатейшее культурное наследие прошлого. Среди целей, стоящих перед Парком было определено и возрождение историко-культурного наследия Русского Севера и развития туризма и отдыха в естественных природных условиях. Образование парка позволило спасти от вырубки девственный лес – подобного массива нет во всей европейской части России.

Но помимо сохранения природы и организации туризма, Олег Червяков поставил задачу создания ноосферного парка, основываясь на учении Вернадского, о постепенном превращении биосферы в ноосферу в масштабах всей планеты. Олег Червяков исходил из того, что для формирования ноосферы в масштабах всей планеты, "надо для начала выделить отдельные территории, где бы этот процесс мог произойти быстрее, создавая очаги ноосферы". Предполагалось, что парк как раз и будет такой территорией.

В первые годы существования парка его создатели не акцентриовали свое внимание на религиозных целях. В качестве "идеологии парка" был выбран достаточно традиционный принцип "не навреди". В парке были созданы экологические лагеря. При парке стали создавать специальную школу, направленную для подготовки кадров – а соответственно к жизни в лесу. От потенциальных работников Парка практически требовалась готовность стать жителями леса. В школу принимались как местные жители, так и молодежь из Петрозаводска.

Выпускниками школы удалось обустроить специальную экологическую тропу протяженностью 40 км. от северного берега Водлозера – до деревни Луза, расположенном на диком таежном озере, площадью в несколько 10 км. кв. На удаленном от населенных пунктов берегу Водлозера благодаря помощи финского партнера была воссоздана деревня Варишпельда, причем не в качестве музея, а реально действующего населенного пункта с восстановленным сельским хозяйством. Серьезное развитие получил экологический туризм. Иностранцы из разных стран постоянно посещают водлозерские места и проходят продолжительный маршрут по обустроенной экологической тропе.

В то же время создатель парка Олег Червяков с самого начала был охвачен поиском национальной идеи, способной остановить деградацию России. Национальный парк, по мнению Олега Червякова, может "сыграть в этом деле немаловажную роль". "В Водлозерье мы изучаем и восстанавливаем традиционные культурные ценности, взаимоотношения людей и природы, а это позволит нам воспитывать в детях утраченные ныне черты. Мы попытаемся восстановить созидательную идеологию, которая очень важна сегодня в Карелии и во всей России", - отмечал директор Парка. Поиск национальной идеи привел руководство парка к более углубленному интересу к православию.

Однако причина православного осмысления экологических задач руководством Парка состоит и в другом – в серьезном разночтении во взглядах с местной районной администрацией, в частности, с местными депутатами, половина которых руководит леспромхозами, нещадно вырубающими еще сохранившиеся леса. В частности, в последние годы, когда возникла необходимость ремонта плотины, для того, чтобы предотвратить угрозу обмеления Водлозера и существования самого Парка, местная власть отказалась взять плотину на свой баланс. А это единственное условие выделения средств на ее ремонт федеральным правительством. По словам Олега Червякова, "из уст депутатов звучала такая мысль, что плотина нужна парку. Не будет плотины - не будет и озера, не будет и парка. Не будет парка - можно эти леса вырубить и получить прибыль"¹.

Потребительский подход местных властей идет в прямое противоречие с интересами Парка, предполагающими не только сохранение природы, но возрождение традиционного для этих мест уклада жизни. Поэтому, вставая на православные позиции по отношению к окружающему миру, руководство Парка предлагает в данном случае альтернативу потребительской идеологии лесопромышленников, желая внушить местному населению заинтересованность в бережном природопользовании. Православие стало для Червякова принципиальным обоснованием экологического подхода.

Православная жизнь на Водлозерье.

Первым шагом на пути возрождения православной жизни Водлозерья стало восстановление Ильинского Погоста.

В 1995 г. был заново освящен храм Ильи Пророка, расположенный на о. Колгостров, было восстановлено празднование Ильина дня как главного православного праздника всего Водлозерья. Ежегодно в этот день на Ильинском погосте стали собираться сотни водлозеров, многие из которых уже давно не живут на Водлозере. По указу архиепископа Петрозаводского и Карельского Мануила на Ильинском погосте была учреждена Ильинская Водлозерская пустынь Муромского монастыря.

Отметим, что кажущаяся на первый взгляд обычная для российской ситуации история для Водлозерья таковой не является. Чтобы прибыть в Ильинский храм, расположенный на безлюдном острове, нужно проплыть 25 км. по озеру, которое далеко не всегда бывает спокойным. Во время ледостава путь вообще закрыт, а зимой – те же 25 километров нужно преодолеть по целинному снегу, чаще всего под сильным леденящим ветром. Поэтому и найти священнослужителя, согласного служить в таком труднодоступном храме, удалось найти лишь по прошествии 10 лет со дня образования парка.

В 2001 г. им стал прибывший из Муромского монастыря иеромонах Нил (в прошлом рок-музыкант, возглавлявший некогда эпатажную рок-группу "Тайное голосование"). После его прихода началось постоянное служение в храме. Иеромонаху Нилу немало удалось сделать для просвещения местных жителей, при нем была организована реальная православная община на Водлозере, несмотря на все неестественные для сегодняшних людей условия жизни. Зимой дом отца Нила на безлюдном острове несколько раз осаждали волки, в результате чего священник не мог в течение определенного времени выходить из дома. Но подвижническое служение отца Нила продлилось недолго. Осенью 2003 г. его убили трудники, которые поселились незадолго до того рядом с его кельей. Причиной смерти священника стал конфликт отца Нила с трудниками, произошедший после того, как они решили покурить. Отец Нил, будучи по натуре человеком жесткого характера, сделал трудникам замечание, а потом вообще попросил уйти из скита и пожить на удалении от храма. Лишь через три месяца после убийства рыбакам удалось найти на соседнем острове в камышах тело священника.

С гибелью отца Нила жизнь на Водлозере не прекратилась. Основные заботы по ее поддержанию и возрождению взял на себя сам директор Национального парка Олег Червяков. В 2004 г. под его руководством были завершены работы по реставрации Ильинского погоста. В феврале 2004 г. началась организация православного прихода в пос. Куганаволок. В итоге осенью 2004 г. директор парка принял священный сан и вскоре стал настоятелем Ильинского прихода.

Помимо организации православной жизни в центральном поселке, директор-священник занялся восстановлением часовен и возрождением старинных часовенных праздников, соответствующих тем святым, которым были посвящены часовни удаленных деревень Водлозерья. В этой связи отметим еще одну особенность водлозерской инфраструктуры – в этом крае есть немало заброшенных деревень, в которых живут инспектора по одному или два человека. Сами деревни расположены в бассейне реки Илекса (на протяжении более 100 километров) и отстоят друг от друга в среднем на 20 километров. Добраться до них можно либо на вертолете, либо на снегоходе зимой, что сопряжено с реальной опасностью замерзнуть по дороге в случае поломки снегохода. Отцу Олегу, нередко вместе с матушкой Натальей, удается зимой на буране периодически посещать некоторые из этих заброшенных деревень и служить в их часовнях Литургию на переносном антиминсе.

Совместно с Петрозаводским епархиальным центром директор парка организовывает летние православные лагеря для детей и подростков.

Православный экологический резерват

Усилия по возрождению православной жизни края и воссозданию святынь в безлюдных местах не отвлекли руководство Парка от решения чисто экологических задач. Но, опираясь на православные принципы, директор Парка поставил своей задачей не только сохранение природы, но и воссоздание крестьянского хозяйства с учетом современного уровня развития техники. У директора Парка особый пиетет к традиционному сельскому укладу жизни русского севера. Он не исключает, что "утраченная нами «крестьянская цивилизация» имела более тесную, взаимную связь с природой и, безусловно, была более гармоничной", чем сегодняшняя городская. По его словам, раньше "находились деревни, которые представляли образцы ландшафтной архитектуры. Жилища были очень хорошо функционально продуманы, а сами постройки прекрасно вписывались в окружающую среду, создавая вместе с ней полную гармонию. Не имевшие никакого образования крестьяне глубоко и точно понимали суть вещей, происходящих в природе, о которых мы сегодня хорошо позабыли". "Однажды в Архангельской области я встречал старушек, говорящих на таком чистом и образом языке, что он напомнил мне пушкинский слог", - делится своими сокровенными воспоминаниями отец Олег.

При этом отец Олег предпринял немало конкретных шагов для того, чтобы хотя бы частично воссоздать утраченную "крестьянскую цивилизацию". Им был организован обмен опытом с американскими коллегами. Водлозерские лесные инспектора неоднократно ездили посмотреть на организацию работы в национальных парках США, а американцы приезжали в Водлозерье – с одной стороны, для того, чтобы окунуться в природную экзотику русского Севера, с другой, - чтобы воочию убедиться в том, что профессионально организовать национальные парки можно и в России.

Директор Парка пытается внедрять некоторые западные способы ведения фермерского хозяйства, в том числе экологически безопасного способа ловли рыбы. Далеко не все удается. Например, для того, чтобы заменить варварский метод ловли сетями, директор заповедника попытался внедрить специальный "неводный способ", практикуемый в Скандинавских странах. Удалось получить специальный грант, чтобы свозить одного из местных жителей в Швецию, обучить его и выделить деньги на то, чтобы можно было распространить полученный опыт в Водлозерье. Но, как только обученный новому способу водлозер получил деньги на руки, он предпочел открыть магазин в поселке Куганаволок… Но отец Олег не теряет надежды на внедрение разумных методов природопользования.

В целом он рассматривает Водлозерский парк как биосферный резерват международного значения, но социально-экономическое возрождение территории края он осмысляет как "задачу духовного делания". Говоря о духовно-исторических корнях Водлозерья, священник подчеркивает, что в отличие практически от всей остальной российской местности, имеющей те же духовно-исторические корни, Водлозерье стоит особняком – эта территория вырвана из общероссийского природопользования, являющегося по своей сути коммерческим и варварским. При этом природа в Водлозерье не подверглась еще бессовестному расхищению, многое в этой местности напоминает не ее дореволюционное состояние. Даже заброшенные деревни с сохранившимися можжевеловыми и березовыми рощами дают представление о прежней "крестьянской цивилизации".