Майкл Бурдо

                                                                                 
 РЕЛИГИОЗНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ И ВОСПИТАНИЕ В РОССИИ:

НОВАЯ ИНИЦИАТИВА.                       

    Преподавание религии в  государственной школе вызывает много споров. У нас день принято начинать с молитвы, но во многих странах это происходит иначе. В бесплатных средних школах Соединенных Штатов религиозное обучение запрещено (хотя преподавание о религиях разрешается). 20 лет назад в Советском Союзе, еще до прихода к власти Михаила Горбачева, агрессивный атеизм был обязательным фоном любого типа образования. 21 июля нынешнего года президент Дмитрий Медведев,практикующий православный, выступил по этому вопросу  с политическим заявлением. Президент Медведев хотел выглядеть в своей речи как широко мыслящий государственный деятель, и его горячо поддержал Кирилл, Патриарх Русской православной церкви.

На встрече под Москвой в Барвихе с главами «традиционных» религий   современной России и правительственными чиновниками, Медведев заявил: «Я принял решение поддержать эти две инициативы: обучение основам религиозной культуры и светской этики в российских школах, а также я считаю своевременным организовать на постоянной основе работу священнослужителей в рядах вооруженных сил ».  

     Газета Москоу Таймс незамедлительно задалась вопросом, как это можно осуществить в стране, где согласно конституции церковь отделена от государства. Однако в преамбуле к закону о религии от 1997 г. президента Ельцина говорится, что Православная Церковь является хранителем русской истории и культуры, признавая одновременно ислам, буддизм и иудаизм в качестве основных религий современной России. Именно их имел в виду Медведев, когда говорил о «традиционных религиях России». Протестанты и католики, а также общественное мнение выступили против этого закона, подвергающего дискриминации многие другие вероисповедания, но до сих пор все остается по-прежнему. Заявление Медведева на первый взгляд кажется беспристрастным, гарантирующим «традиционным» религиям равные права на проповедь своего учения, но показательно, что он никак не упомянул о протестантах, старообрядцах, католиках.      

     Закон Горбачева от сентября 1990 г. сыграл революционную роль, покончив с законодательством, которое ввел Ленин и доработал Сталин. По новому закону в школах теперь допускалось преподавание любых религиозных учений. Но к несчастью, Русская православная церковь была не готова к такому повороту событий. А у протестантов уже были написаны учебники для раздачи школьникам и для оперативного ввоза их в страну; Церковь Саентологии обладала финансовыми средствами для проповеди своего учения, - а православные епископы сокрушались по поводу того, что кто-то теснит их на «рыночной площади». Таким образом, Православной Церкви ничего не оставалось, как всеми силами убеждать президента Ельцина гарантировать ей первенство.    

     Вот уже 12 лет Православная Церковь имеет доступ к школьному образованию. Недавно разгорелся спор вокруг новой книги «Основы Православной культуры», которую вряд ли можно было рекомендовать в качестве учебного пособия, если учесть то незначительное место, которое отведено в ней роли других религий и деноминаций в истории России. Почти половина епархий согласилась принять новую программу, хотя неизвестно, сколько представителей отдельных школ принимали участие в этом решении. Некоторые города (например, Вологда) разработали свои учебники, в которых утверждение православия как единственно жизнеспособной религии для России звучит менее агрессивно. 
 
       

     Итак, заявление Медведева отражает дискриминирующую природу действующего на сегодняшний день закона. Но, как заметил один московский корреспондент, в действительности дела обстоят еще хуже. Он утверждает, что в религиозной проповеди сегодняшних православных активистов столько мракобесия, что их вредное воздействие на школьников неизбежно. Он также говорит о подчиненной роли женщины: она не должна иметь работу, ее роль – воспитывать детей и слушаться мужа. В политическом отношении, продолжает он, Русская православная церковь антидемократична, она постоянно выказывает враждебное отношение к иным религиям и христианским деноминациям. Каким образом эта новая инициатива преподавания в школе сможет преодолеть эти изъяны? В конечном итоге, пострадает сама православная вера.     

     Кроме того, попытки осуществления планов Медведева на практике перенесут решение проблемы в область, не имеющую ничего общего с реальностью, в нечто сюрреалистическое. Предполагается, что работники образования должны быть готовы к марту следующего года, на подготовку у них остается с начала учебного года всего шесть месяцев. Медведев сказал, что около 12 000 школ в 18 российских регионах (менее 1/5 от общего числа) будут вовлечены в работу для достижения поставленной цели. Выполнение подобной задачи даже в таком ограниченном масштабе выглядит устрашающим. Школы должны предложить выбор: ученики могут изучать по собственному желанию Русское Православие, ислам, буддизм или иудаизм, а родители, не желающие религиозного образования для своих детей, могут выбрать для них предметы по светской этике. Неужели он действительно имел в виду, что за такой короткий срок можно подготовить, по приблизительным подсчетам, 40 000 специалистов? Все, что можно себе представить  (но для этого потребуется богатое воображение!), так это протоиереев, имамов, раввинов и буддийских монахов, а среди них и их коллег-атеистов, толпящихся у классных дверей московских и санкт-петербургских школ. А что будет в Саратове, Омске или Новосибирске? Голова идет кругом. А что остается в это время делать протестантскому пастору, старообрядческому наставнику и католическому священнику? В знак протеста вести своих прихожан митинговать к школьным дверям?
  
        Полезнее, конечно, заняться подготовкой квалифицированных специалистов, которые могли бы беспристрастно говорить о разных   религиозных убеждениях: вопрос в том,  кто сумеет подготовить таких специалистов. Правда, на ум приходит такой человек, который 20 лет назад мог бы справиться с этой задачей, - но крупный историк мировых религий, отец Александр Мень, был зверски убит в 1990 году, и по сей день православный истэблишмент даже считает слишком либеральными его книги.

    Пожалуй, еще невероятней представляется идея Медведева инициировать нечто подобное в рядах вооруженных сил. Неужели президент всерьез имел в виду, что у призывников разного вероисповедания будет выбор между учениями буддизма, ислама или иудаизма? И снова, со временем только Русская православная церковь способна подготовить отряд квалифицированных лекторов. Министр обороны Анатолий Сердюков даже не упомянул другие религии, когда в поддержку Медведева пообещал, что для выполнения поставленной задачи готов задействовать вплоть до 250 священнослужителей и оплачивать их труд. Речь идет только о православных капелланах? Так они уже есть в некоторых городах, но трудно представить себе роль исламского духовного лица, например, в Чечне, где стабильность среди мусульманского населения в значительной мере зависит от страха перед присутствием там российской армии. В самом деле, маловероятно, что в ближайшем будущем мусульманский капеллан окажется хоть где-нибудь в российской армии.    

     Жажда религиозного и нравственного воспитания в России есть, и она неподдельна, но инициатива президента Медведева лишена здравого смысла, а потому невыполнима.
 
 

Перевод с английского Владимира Пореша и Ирины Шин.