Роман Лункин

Протестанты по вере у власти: неправославные христиане идут на выборы.

Тольятти и Николаев: впервые в постсоветской России мэрами избраны протестанты.

Принадлежность того или иного политика именно к православной вере, к «православной традиции» (или на худой конец к буддистской, исламской или иудаистской) является чем-то само собой разумеющимся для большинства граждан. Для самих политиков, во что бы они в реальности не верили, декларация приверженности «традиционной религии» в той или иной форме – обязательная публичная процедура. Однако декларации о поддержке «традиционных религий», как основе российского патриотизма и государственности, все больше сталкиваются с реальным многообразием верующих различных конфессий и религий, которые выходят за границы «традиционности». Если в буддистских или в мусульманских регионах децентрализованность религиозного движения и отсутствие единого лидера является чем-то само собой разумеющимся в силу характера вероучения и практики самих религий, то в условно православных «русских» регионах претензия неправославных христиан на публичное пространство и значимое место в обществе часто воспринимается как скандал, как вызов, следствие действия «враждебных» сил и наличия «пятой колонны». Вместе с тем, общество довольно легко преодолевает стереотипы, связанные с «традиционными религиями» и склонно скорее к веротерпимости, довольно быстро переходя от охранительной риторики к гражданскому диалогу.

Следующая за православием христианская конфессия, вторая по численности общин (более 5 тысяч) – протестантизм или евангельское христианство. Это направление уже заняло прочное место в религиозной картине России, а теперь начинает занимать его и в общественно-политической сфере. Лидеры баптистов, пятидесятников, евангелистов, адвентистов присутствуют на разного рода встречах с представителями власти, заявляют о своей позиции по социальным вопросам. Однако явным показателем политического влияния протестантизма стало участие самих членов евангельских церквей в выборах, в избирательных кампаниях, в продвижениях своих кандидатов. Их вера вроде бы должна вызывать «отторжение» у большинства, исходя из официального представления о религиозности русского народа, но этого не происходит. И это для российского протестантизма уникальный исторический момент.

Поколение пасторов, миссионеров 1990-х годов совсем не было аполитичным, их настроение в значительной мере совпадало с демократическими ожиданиями постсоветского общества. Кроме того, если большое количество россиян к середине-концу 90-х годов разочаровались в демократии как таковой, в ее ценностях, а тем более в политических партиях и движениях демократической направленности, то протестанты были верны демократическим взглядам до тех пор, пока существовали сами партии этой направленности. И в конце 90-х и еще в начале 2000-х годов лидеры церквей заявляли в интервью, что они голосуют за партии демократического крыла (как правило, Союза Правых Сил и "Яблоко") и поддерживают президента Бориса Ельцина и Григория Явлинского. Именно к тому времени относятся первые попытки участия протестантов в политической жизни, несмотря на то, что, казалось бы, все обстоятельства были против них: их не признавали «традиционными» (в особенности, пятидесятников), церкви были не столь многочисленны (максимум – несколько тысяч человек), в прессе протестантов всегда можно было назвать «страшной тоталитарной сектой». Однако осознание своей гражданской ответственности перед общиной, перед страной и обществом, укорененное в евангельском богословии, вело верующих к свободному самовыражению в самых разных сферах, в том числе и в политической, они не боялись требовать от власти свободы и участвовать в политике, наблюдая, в том числе, за примером своих американских единоверцев.

Целый ряд эпизодов политической жизни был своего рода прощупыванием почвы. Самой громкой политической акцией было практически открытое выступление в пользу партии «Яблоко» методистской церкви Екатеринбурга на выборах в думу Свердловской области в 1999 году. Местный Избирком тогда вынес предупреждение методистской церкви, потому что закон запрещает религиозным организациям заниматься политической деятельностью. Поводом для предупреждения стало то, что предвыборный штаб «Яблока» в регионе возглавляла суперинтендант (старший пастор) методистской церкви Елена Степанова. Под ее руководством «Яблоко» набрало один самых значительных процентов голосов на региональных выборах.

Был целый ряд примеров, когда церкви испытывали разочарование после политических игр. Например, церковь «Новый Завет» в Перми (глава – епископ Эдуард Грабовенко) довольно быстро стала многочисленной (3 тысячи верующих) и стала заметной избирательной силой. На местных областных выборах 2000 года конкретных призывов церковь не выдвигала, однако многие пасторы отдали свой голос за Юрия Трутнева, как самого «открытого и хозяйственного политика». Церковь фактически открыто осудила попытку бывшего губернатора Игумнова, который, по словам пятидесятников, во время выборов пытался заигрывать с традиционными конфессиями. В 2000 году церковь негласно поддержала кандидата в мэры Андрея Каменева, который обещал оказывать пятидесятникам помощь. Однако после выборов Каменев отказался удовлетворить просьбы церкви, например, мэрия отказалась выделить пятидесятникам участок земли под Дом Молитвы. По словам Грабовенко, мэр мотивировал это решение тем, что власть не должна поддерживать ни одну из существующих конфессий. Таким образом, стремление церкви пролоббировать свои интересы не увенчалось успехом.

Протестантская карта разыгрывалась в целом ряде выборов, но исключительно в отрицательном ключе, с помощью обвинения в сектантстве пытались дискредитировать своих политических оппонентов. Показательной в этой связи и исключительной по накалу страстей и яркости противопоставления протестантизма православию была ситуация вокруг выборов мэра Смоленска. 1 марта 2009 года «православный» кандидат от партии «Единая Россия» Валерий Разуваев, поддержанный викарием Смоленской епархии РПЦ МП епископом Вяземским Игнатием (Пуниным), проиграл на выборах мэра Смоленска. Мэром Смоленска был избран самовыдвиженец Эдуард Качановский. Кандидат от партии «Единая Россия» Валерий Разуваев пришел к финишу третьим. Разуваеву не помогла активная поддержка епископа Игнатия.

Участие викария Смоленской епархии РПЦ МП епископа Игнатия в предвыборной кампании в виде поддержки одного из кандидатов вызвало критику со стороны лидеров других христианских церквей. По Смоленску расклеены плакаты, где вместе представлены Валерий Разуваев и епископ Игнатий под надписью «Любить город – заботиться о людях». Под фотографиями соответственно подписано «Валерий Разуваев» и «Епископ Игнатий». Более того, по почтовым ящикам жителей Смоленска была распространена листовка кандидата от партии «Единая Россия» бизнесмена Валерия Разуваева под названием «Нас спасет вера». На ней напечатана фотография кандидата с супругой, где они держат в руках иконы. В листовке указывается, что православная вера занимает особое место в жизни кандидата. Кроме того, в листовке объясняется, что православие – это «правильная вера» и приводится текст Символа Веры.

Вместе с этой акцией православного кандидата была устроена провокация в отношении другого кандидата. 12 февраля по городу была распространена газета под названием «Спецвыпуск Российского Союза евангельских христиан-баптистов (ЕХБ) для Смоленска», где баптисты якобы выступают в поддержку кандидата Сергея Маслакова. Как подчеркнул Виктор Игнатенко, этот кандидат не имеет никакого отношения к баптистской церкви, не был никогда прихожанином баптистской церкви. В распространенной газете указывается явная ложь, что газета выпущена Союзом баптистов при поддержке избирательного фонда Маслакова. В газете указан ее тираж – 70 тысяч экземпляров. В запущенной политтехнологами газете, по словам пресвитера Виктора Игнатенко, содержится подложное обращение и интервью главы Союза баптистов Юрия Сипко с его фотографией, а также некоторых других якобы баптистских деятелей. В газете баптизм представляется угрозой православию, а кандидат якобы намерен вместо Православной церкви поддерживать протестантизм, живущий на «американские деньги». Исходя из фальшивки, православие в области срочно нуждается в защитнике.

Баптистский епископ Виктор Игнатенко обратился в прокуратуру Смоленской области и в Управление ФСБ с просьбой разобраться в ситуации, а методистский пастор Второв обратился с заявлением по поводу поведения православного епископа и разжигания межрелигиозной вражды (церковь методистов подверглась массовым проверкам после письма епископа). Однако эти заявления, по сути, так и остались без расследования.

Впервые кандидаты, которые выиграли на выборах и открыто заявляли о своей принадлежности к протестантской церкви, появились только в 2010-2012 годах. В каком – то смысле выборы мэров Тольятти и Николаева 2012 года – исторические. В царской России губернаторами и главами городов бывали протестанты и католики, западноевропейцы по происхождению (в основном немцы), но русские протестанты на значимых выборных должностях – это впервые.

Выборы мэра Тольятти стали едва ли не первыми в России, когда в центре внимания оказалась религиозная принадлежность одного из кандидатов. По итогам второго тура голосования, который состоялся 18 марта 2012 года, градоначальником избран Сергей Андреев, принадлежащий к одному из направлений протестантизма.

Как отмечалось в материале «НГ-Религии» от 04.04.2012 (http://religion.ng.ru/events/2012-04-04/3_protestant.html), помимо своей политической биографии Сергей Андреев, в недавнем прошлом – министр природопользования, лесного хозяйства и охраны окружающей среды Самарской области и глава регионального отделения «Правого дела». В одном из интервью Андреев так определял свои отношения с партиями: «Я состоял еще в Союзе правых сил, потом было «Правое дело». Но когда Прохорова выгнали, я ушел оттуда буквально через неделю. У меня с Михаилом Дмитриевичем прекрасные отношения». Кроме того, Андреев прямо признал, что он протестант. В 1993 году он создал в Тольятти и возглавляет церковь «Живое слово». Русская версия газеты Christian Today утверждает, что в Тольятти Андреев приехал из Петербурга в качестве миссионера евангельской церкви «Новая жизнь».

Сам кандидат в мэры 10 января 2012 года опубликовал в своем блоге в Живом Журнале пост под названием «К вопросу о вере», где заявил: «Все чаще, и чаще, и чаще приходится отвечать на вопрос о моем вероисповедании. Честно признаться, порой даже удивляюсь, как агрессивно в нашей светской стране некоторые граждане относятся к этому вопросу. Я – христианин... Если кого-то интересуют тонкости моей духовной жизни и жизни моей семьи, то скажу, что ближе всего к нашему пониманию религии находится такое направление христианства, как протестантизм... Дабы не искажать смысла своих слов длинными дискуссиями, а также избавить отдельных людей от соблазна развязать теологические баталии, предлагаю здесь и сейчас поставить в этом вопросе точку». И отключил комментарии к данному посту. В марте 2008 года в интервью тольятинскому изданию Postscriptum Андреев сообщал о своем вероисповедании, уже тогда вызывавшем активное обсуждение горожан: «Я не сайентолог, не баптист и не кришнаит. Я евангельский христианин. Это одно из направлений протестантизма. Но я не считаю, что вопрос религии или вероисповедания – это предмет публичных обсуждений».

Тема религиозной принадлежности Сергея Андреева не раз активно поднималась во время предвыборной кампании. 1 февраля, сразу после регистрации кандидатов, ИА Regnum сообщило, что кандидату-протестанту помогают представители различных «нетрадиционных религий» в Тольятти и даже якобы его «штаб находится по тому же адресу, что Церковь «Огонь Божий», прихожане которой и собирали подписи за Андреева». По данным сайта мэрии Тольятти, Церковь «Огонь Божий» входит в Ассоциацию Церквей «Посольство Божие», возглавляемую пастором Сандеем Аделаджой. Аделаджа – пастор харизматической Церкви «Посольство Божие» в Киеве, с большим числом прихожан, в настоящий момент находится под следствием по делу финансовой пирамиды King’s Kapital, в которую, как утверждает обвинение, он призывал своих последователей вкладывать деньги. «Сектант-баптист может стать мэром Тольятти!» – запугивала, в свою очередь, в номере от 5 февраля газета «Тольяттинское обозрение», выходившая под лозунгом «За веру! За правду!». Накануне первого тура выборов 4 марта в городе были расклеены билборды, копирующие дизайн билбордов Андреева, с надписью на фоне Библии «Баптизм. «Новая жизнь». 4 марта. Тольятти ждет перемен».

Как отмечалось в целом ряде материалов СМИ, а также в заявлении Гильдии экспертов по религии и праву, В Тольятти в ходе предвыборной кампании по выборам мэра города были нарушены избирательное законодательство и Уголовный кодекс РФ. Перед вторым туром была издана специальная брошюра, большим тиражом на хорошей бумаге с полноцветной полиграфией. Ее получили жители г. Тольятти в свои почтовые ящики совершенно бесплатно. В книге кандидат был объявлен сектантом, а баптисты сектой. На обложке было помещено фото кандидата-протестанта. С подачи политтехнологов соперника Сергея Андреева на улицах города появился билборд. На нем указывается, что 18 марта, когда пройдет второй тур голосования за кандидатов в мэры Тольятти, горожанам предстоит выбирать между Светом и Проклятьем. На светлой, излучающей позитив стороне билборда изображен Спасо-Преображенский собор Тольятти. Его зловещую темную сторону занимает Центральная церковь Евангельских христиан-баптистов (город Бендеры, Приднестровье), над которой кружит черный ворон.

На общей волне неприятия «Единой России» Андреев, активно эксплуатировавший образ оппозиционера с призывами голосовать за него «против жуликов и воров» и белыми ленточками с его фамилией, получил 56,94% голосов избирателей против 40,06% у кандидата-единоросса Александра Шахова, хотя еще в первом туре они набрали соответственно по 32,31% и 36,49%.

На Дальнем Востоке в городе Николаевске-на-Амуре вероисповедание мэра стало важным политическим фактором, когда против него стала разворачиваться массированная кампания. Петр Волынский, который в октябре 2010 года, выдвинувшись от партии «Справедливая Россия», набрал большинство голосов на выборах, оказался под огнем критики местных элит, с которыми, видимо, не смог договориться и его сразу обвинили в том, что он «сектант» . Увидев самостоятельность и честность избранного гражданами мэра и его растущую популярность, некоторые авторитеты в городе решили, что его нужно убрать перед выборами главы Николаевского района 2013 года.

Петр Волынский по вероисповеданию принадлежит к конфессии евангельских христиан - протестантов. Он заявляет, что он верующий, который видит свое призвание в гражданской активности. Перед выборами мэра города в 2010 году впервые появились оскорбительные антисектантские листовки под громким заголовком «Осторожно, возможен захват власти и экономики города сектантами».

В местной прессе появлялись и появляются сообщения о том, что мэр принадлежит к «религиозной секте». Все обвинения которых сводились к следующему: «Волынский в начале 1990-х приехал в Николаевск-на-Амуре из Аргентины как проповедник религиозной секты, сообщает газета «Хабаровский экспресс». Здесь он стал руководителем ООО «Частный ЖЭК». Именно благодаря технологиям, полученным им в секте, навыкам в проповедовании большим массам людей, ему удалось повлиять на жителей Николаевска-на-Амуре и получить их голоса на выборах». (http://khabarovskonline.com/public/deputaty_nikolaevska_na_amure_obyavili_voynu_meru_goroda_/).

Пять из 15 депутатов направили  в адрес губернатора Хабаровского края Вячеслава Шпорта обращение о смещении с должности действующего мэра.  По некоторым данным «война» была  инициирована  районной администрацией при участии депутата районного Совета депутатов Стародубцева И.В. , а также отдельных представителей бизнеса, которых «обидел» не мэр.

Вот, например, реакция жителей города на заказную статью в местной газете: ««МК в Хабаровске» выдал непроверенные факты. Просто мэру Волынскому - мужику, который старается для города, мешают работать. На его компанию покушались и раньше до избрания Волынского мэром, но именно благодаря ООО "Частный ЖЭК" не взвинтились цены на коммунальные услуги до умопомрачительных высот. Что касается ходоков по квартирам, то, как раз ходили представители конкурирующей компании, пытающиеся обманом (что отчасти им и удалось) забрать себе часть жилого фонда. И как конкуренты они проигрывают ООО "Частный ЖЭК". В отношении администрации района: так лучше проверьте главу района Лысакова, кто за период собственной власти оброс коммерческими аптеками, приватизировав для них здания (в том числе и бывший музей) в центре города. Я не разделяю религиозных взглядов Волынского. Я за его деловые качества, который он доказал своей работой и принципиальностью».

Обвинения в адрес мэра Волынского повторяются в Интернете, на форумах и в комментариях на различных сайтах. Однако, несмотря на это, нечистоплотная кампания против евангельского верующего Петра Волынского уже вызвала возмущение в городе и горожане начали сбор подписей в защиту мэра.

Примеры ситуаций в Тольятти и Николаевска-на-Амуре вокруг верующих мэров по существу являются лишь яркими проявлениями нового религиозно-политического явления. Наряду с давно существующими православными политиками, появляются и неправославные, наряду с желанием представителей Русской православной церкви реально, а не декларативно отстаивать свои интересы на уровне выборной власти от муниципалитетов до Госдумы, также же стремление возникает и у других религиозных институтов гражданского общества. Более того, это стремление реализуется, конечно, в ином масштабе и разной степени.

В некоторых регионах церкви не афишируют и, как правило, скрывают свои связи или контакты с власть предержащими, с депутатами региональных собраний и т.п., но в некоторых взаимодействие с властью происходит скорее полускрыто. Скрывается такого рода политическая активность верующих совсем не потому что она как-то нарушает закон – даже наоборот, протестанты ведут себя как активные граждане в рамках законодательства. Во многом депутаты-члены церквей не афишируют свою веру, чтобы не вызывать раздражение у представителей РПЦ и правоохранительных органов.

Политическое представительство протестантов особенно заметно на Дальнем Востоке, где евангельских церквей по числу зарегистрированных общин больше, чем православных. Например, среди верующих харизматической церкви «Новое поколение» в Благовещенске Амурской области есть депутаты в городской думе - беспартийные по одномандатным округам. В отношении темы церкви и политики пастор церкви Михаил Дарбинян замечал в интервью автору: «Церковь сама по себе не собирается связываться с партиями, нам нужно исполнять божественные программы, а не партийные. Люди могут не симпатизировать вообще ни одной партии, а партии могут не оправдывать надежд и дискредитировать себя. При этом партия "Единая Россия" - это государственная партия, которая допускала большие промахи на государственном уровне. Мы же скорее голосуем не за партии, а за личности». Дарбинян отмечает, что общественно-политическая обстановка в области для протестантов весьма благоприятна: «К нам здесь не относятся как к второсортным, так как мы везде показываем эталон служения – во время концертов, в подготовке телепрограмм и т. д. Общественное мнение нас воспринимает позитивно, и ущербными мы себя здесь себя не ощущаем. И не считаем себя американскими агентами».

Подобная ситуация складывается и в Чите, где крупнейшей протестантской церковью является Церковь христиан веры евангельской «Спасение в Иисусе» (пастор - Сергей Новикевич). Среди членов церкви есть депутат краевой думы от партии "Единая Россия" Игорь Тэн, но церковь никогда не поддерживала ни одну из партий, несмотря на то, что во время выборов активисты "Единой России" хотели распространять в церкви свои материалы.

Гражданская активность, которая выливается в прямое политическое действие, в поддержку своих кандидатов, в выдвижение верующих в органы власти, идет снизу. Руководство общероссийских союзов, естественно, не может занимать столь «радикальную» позицию перед лицом федеральной политики поддержки православия и в целом только «традиционных религий». У Союза баптистов или у нескольких Союзов пятидесятников нет для этого возможностей, свободы для маневра, а постсоветские годы формирования «вертикали власти» в целом отбили желание активно заявлять о своих общественно-политических интересах и мировоззрении и сформировали убежденность в необходимости абсолютно лояльного отношения к власти в рамках российских политических реалий. Однако по мере изменения реалий политической жизни и пробуждения гражданского общества будет корректироваться и складываться политическая платформа протестантского сообщества в России, во многом потерянная и сведенная к лояльности в 2000-е годы. Как показывает общественная мобилизация конца 2011-2012 года участие в выборах придает смелости и решимости.