Роман Лункин, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН

«Золотое сердце» Колымы: христианские церкви на выжженной земле

Магаданская область на протяжении десятилетий являлась местом самых страшных лагерей и ссылок, где мучились и умирали на добыче золота и других ископаемых люди. Осознание произошедшего в ХХ веке на этой земле стало частью жизни христианских церквей региона. Христианское милосердие, прощение, осознание своего достоинства по Евангелию оказалось самым востребованным взглядом на свое прошлое и на способ построить настоящее и будущее на выжженной земле.

Для области, где проживает 145 тыс. чел., а в столице – 90 тыс. чел, существующее многообразие конфессий уникально. Верующие не стремятся забыть тяжелые страницы истории – Колыма была территорией, которой управлял НКВД (Северо-восточный лагерь), основателем Магадана и его строителем в 1930-е годы считается деятель НКВД и первый директор «Дальстроя» латыш Эдуард Берзин. Все создавалось в этом регионе трудом заключенных и на их костях – заброшенные лагеря и сейчас можно встретить в тайге.

Как и в первохристианские времена, кровь мучеников, преодоление гонений стали основанием для осмысления современной миссии церквей и укрепления духа верующих. В Магадане, и это характерно для Дальнего Востока, в советский период, особенно в послевоенное время и в активный период освоения региона в 1960-х-70-х годах религия была представлена, в основном, протестантами – баптистами и пятидесятниками (и небольшой группой адвентистов).

Организованной православной религиозной жизни в Магаданской области не было практически до конца 1980-х гг. Только в 50-х гг. во время оттепели группе православных верующих удалось построить деревянный храм в Тауйске, старинном казачьем поселении, однако уже в 60-х гг. этот храм был снесен бульдозерами. Немногие оставшиеся выжившие и неуехавшие верующие при советской власти боялись даже неформально организовать общину. Первыми организаторами церквей в Магаданской области стали баптисты и пятидесятники. Известно, что в 60-е гг. было около 30 пятидесятников в Магадане, а также группа баптистов, которая раскололась в 70-е гг. на регистрированных и нерегистрированных. К 1986 году зарегистрировались баптисты, а в 1989 году официально были зарегистрированы пятидесятники. Второй христианской общиной, которая в 1986 году получила автономную регистрацию, стала пятидесятническая церковь во главе с пастором Николаем Воскобойниковым. В советское время пастора постоянно вызывали в органы КГБ, но уважали за принципиальность и стойкость в вере. Воскобойников всегда говорил сотрудникам органов, что «мы служим Богу, а вы делаете свою работу». Уже в 1990 году Воскобойникова вызывали в областное КГБ для того, чтобы принести ему извинения за репрессии, штрафы и задержания, которым он подвергался в 1970-е-80-е годы. В первом уставе сформированной Воскобойниковым церкви «Слово Жизни» 1989 года, который составляли сами члены общины, было написано, что церковь прекращает свое существование «в случае восхищения Церкви на небеса».

В 1986 г. после 70 лет забвения была зарегистрирована РПЦ, инициаторами в организации многих православных приходов были бабушки и старики, оставшиеся здесь после лагерей. В 1991 году была организована Магаданская епархия РПЦ. С 1998 по 1995 год в Магаданской области произошел настоящий бум - за это время были зарегистрированы 33 религиозных организации (А. Сучков. Совсем нетипичная история. НГ-Религии, 28.07.99).

Поскольку протестанты уже занимали важное место в религиозной жизни области, то, естественно, что в 1990-е годы именно баптисты, евангелисты, пятидесятники стали расти наиболее динамично. Одной из основных характеристик периода 1990-х и середины 2000-х годов стало активное взаимодействие местных церквей со своими единоверцами, в том числе с русскими эмигрантами из евангельских церквей Сакраменто (США). В силу близости к США и отдаленности от остальной России американцы и русские американцы активно помогали и в евангелизации и привозили гуманитарную помощь (через Анкоридж на Аляске в Магадан и морем с Западного побережья США). Целый ряд миссионеров из США остались в Магадане на постоянное проживание, а многие русские пасторы эмигрировали в США.

С конца 1990-х годов на протестантские церкви стало оказываться давление со стороны правоохранительных органов и власти в целом с целью резко ограничить миссионерскую активность протестантов. Деятельность зарубежных миссионеров стала жестко контролироваться или пресекаться (некоторых депортировали по неизвестным причинам, детские лагеря и социальные проекты закрывались после изматывающих проверок и штрафов). В 1999 году в Магадане при участии ФСБ прошел один из первых в России процессов против пятидесятников – церковь «Слово Жизни» (сейчас – «Скала Надежды») Воскобойникова обвиняли в «зомбировании» и причинении «психологического вреда» гражданам, как в советское время (была пытка завести уголовное дело, якобы у пастора нашли золотые самородки, но доказать это не удалось). В итоге суд встал на сторону церкви. Однако на протяжении всех 2000-х и 2010-х годов у властей, в том числе у городской администрации Магадана, возникало желание оштрафовать церковь Воскобойникова по каким-либо поводам или же отобрать у общины землю.

По словам Воскобойникова, преследования на церковь не прекратились, и прокуратура специально не закрывала долгое время уголовное дело о промышленном золоте, найденном якобы во время обыска в сейфе церкви среди пожертвований верующих. В начале 2000-х годов активисты из Русского национального единства (РНЕ) пикетировали богослужения церкви и концерты еврейской музыки. Пастор публично заявлял, что экстремистов-националистов подбивают на антихристианские акции местные власти и православная епархия. Открытое противостояние властей и пятидесятников состоялось в декабре 2005 года, когда местное отделение ЛДПР начало распространять листовки оскорбительного для церкви содержания, а в прессе появилось интервью члена ЛДПР о "сектантах" и другие антисектантские статьи. ЛДПР обвиняло церковь ХВЕ "Скала Надежды" в том, что эта "антихристианская тоталитарная церковь" обманным путём захватила здание в центре города. Прокуратура города Магадана отказалась возбуждать уголовное дело по факту распространения листовок и публикации целого ряда статей, оскорбляющих евангельскую церковь.

Между тем, в магаданской общине к 2017 г. насчитывается несколько сотен человек, в общине есть чукчи, а в Североэвенске служитель в общине из коряков. Пастор отмечает также успешность миссии других пятидесятников на Чукотке – в Анадыре, Билибино, Лаврентия и т.д., где в поселках есть небольшие (по 10 чел.) группы баптистов и пятидесятников. Среди коренных народов, как правило очень энергичны женщины – они часто ведут религиозные группы. По мнению Воскобойникова, представители коренных народов часто все равно верят церкви и пастору как шаману, сегодня могут быть на собрании, а завтра уходят в запой, сохраняется традиционное сознание, языческие танцы. Однако пастор рассматривает проблему язычества более широко – протестанты не должны себя обманывать и праздновать Масленицу, день св. Валентина, печь куличи и красить яйца на Пасху, так как это получается какой-то Нью Эйдж, а не христианство. По словам пастора, сейчас страдать за веру никто не хочет, а нужно проповедовать и об аде в том числе, о том, что человек должен меняться. Церковь сама удерживает второе пришествие Христа, так как Христос не придет за языческой Церковью, проникнутой «духом мира». Воскобойников выступает как против христианского рока, так и против богословия «процветания», хотя в 1990-е годы именно его церковь считалась «харизматической» с эмоциональным богослужением.

На Колыме верующие, по словам пастора Воскобойникова, живут как на острове, на краю России, и каждая община выстраивает свои отношения с властями индивидуально. Пастор скептически относится как к большим затратам на православный кафедральный собор, построенный в центре города, так и к планам строительства мечети. В этом случае в маленьком городе будет расти количество мусульман, которые приезжают с Северного Кавказа и из Центральной Азии на работу в золотодобывающие предприятия. Наряду с этим, протестантским церквям фактически запрещается заниматься любой публичной деятельностью, социальной работой. Даже без Закона Яровой, принятого в июле 2016 года, евангельские общины всегда находились под контролем властей. На 2017 год церковь участвует в двух судебных процессах против городской администрации. В рамках одного процесса мэрия пытается взыскать с церкви 5 млн рублей за деревянный барак, который был неожиданно признан жилым домом в 2017 году. Барак стоит на территории, на которой церковь собирается с 1986 года, земля была выделена в аренду в 1992 году, а находившийся там ветхий барак церковь просто не стала сносить, отремонтировала и использовала как общежитие. В рамках другого процесса мэрия требует 600 тыс. рублей в виде аренды за часть земли, хотя одновременно мэрия не продлевает договор с церковью и хочет отобрать у общины землю. После того, как церковь переселилась в новый Дом молитвы в центре города, купленный у Новоапостольской церкви, старый Дом молитвы и прилегающая территория использовались как база церкви – для проведения Библейской школы и социальных проектов – туда приходили бывшие заключенные и бездомные. По словам Николая Воскобойникова, общину постоянно хотят оштрафовать за что-либо и устраиваются проверки.

В 2010-е годы конфликтов с епархией РПЦ и с православными активистами у церкви не было. К евангелистам из «Скалы Надежды» приходили православные и приглашали принять участие в акции против абортов, из епархии приходили также паломники, которым в епархии отказались помогать с покупкой авиабилетов для возвращения на материк, и пятидесятники помогали паломникам.

Формально у церкви нет социальной работы, но верующие ходят в детские и взрослые дома для инвалидов. Взрослым церковь помогает только одеждой, так как православный священник добился того, чтобы пятидесятников не приглашали в дом инвалидов. В 2000-е годы на протяжении 10 лет община содержала благотворительную столовую – привозила обеды в социальную столовую для голодных. Затем мэрия отказалась сотрудничать с церковью, а руководство столовой перестало брать обеды у пятидесятников, потому что они были вкуснее и бездомные ели их охотнее, чем казенную еду. Работа ребцентров для наркозависимых и бывших заключенных на старой церковной территории, которую многие называли «Благая обитель», была прекращена после проверок прокуратуры. В целом лидер церкви полагает, что социальная работа как таковая не должна быть основой деятельности общины, так как конечной целью миссии является все-таки не благотворительность.

Церковь сотрудничает с организацией «Эвен-Эзер», помогающей евреям выехать в Израиль. Церковь старается обратить евреев и отправить их на родину. В самой церкви создана группа еврейского танца и песни, поющая на иврите. 14 Мая каждый год церковь празднует День Израиля.

Пастор полагает, что нужно уважать представителей власти, в частности, президента, а не обожествлять его («хотя президент Путин и заявил о своем разводе в год семьи в России, но мы его уважаем как главу государства»). Введенный в июле 2016 года Закон Яровой о контроле миссионерской деятельности Николай Воскобойников оценивает так: «с одной стороны, закон всех ограничил и запретил всем проповедовать на улицах. Однако мы должны задаться вопросом – кого мы должны слушать? Этот запрет Бога? Или мы проповедуем или же мы уходим. В советское время верующие тоже платили штрафы за то, что собирались по домам. И принимали это как должное, как наказание за проявление своей веры. Меня много раз арестовывали, но я всегда был корректен – у церкви своя задача, а у властей своя».

Пастор Воскобойников придерживается мнения о том, что в Православной Церкви спасение невозможно, и чем слабее будет Православная Церковь, тем лучше будет для России. По мнению Воскобойникова, то, что Магаданская область была краем репрессий сильно повлияло на духовное состояние этого края, и церкви пришлось много молиться, в том числе перед памятником жертвам репрессий "Маска Скорби", прежде чем тяжелая атмосфера стала развеиваться.

Глава Магаданской епархии - архиепископ Иоанн считается человеком со сложным характером – в 2015-2017 годах с ним был связан целый ряд конфликтных ситуаций: епархия выступала против строительства крематория, и его не стали строить из-за финансовых трудностей; епархия принципиально выступает против строительства мечети в городе; в 2017 году в местной прессе (издание «Vesma Today») появились публикации о том, что архиепископ построил себе дом в природоохранной зоне на берегу моря (эти сообщения не были опровергнуты). Губернатор Печеный – человек сдержанный и лояльный к РПЦ, поэтому администрация помогает привлекать спонсоров для строительства храмов в поселках – активная работа ведется с муниципальными образованиями. Во всех поселках сейчас есть церковные здания.

В администрации отмечают, что епархия выигрывала президентские гранты на различные социальные проекты, у мусульман власти поддержали проект по изучению национального языка. Власти также отмечают работу католического прихода в социальной сфере и курсы английского языка, которые организуют католики. В области также заметна миссия пятидесятников среди коряков в Североэвенском районе. Обращение коряков в протестантизм периодически вызывает беспокойство в администрации, в 2000-е годы чиновники делали заявления о том, что такого рода миссия наносит урон традиционной культуре. Представители власти отмечают, что миссионеры из Польши, Латвии, США, Украины ездят проповедовать народам Крайнего Севера, якобы привозят местным общинам деньги, но при этом, бытует мнение, что российские церкви сами будто бы отправляют деньги за рубеж. Критике со стороны представителей областной администрации и РПЦ стала подвергаться национальная миссия баптистов и пятидесятников среди народов Крайнего Севера – коряков, эвенов, чукчей. Критика носит противоречивый характер – с одной стороны, протестантов обвиняют в разрушении традиционного уклада жизни и обычаев народов, с другой стороны, в сохранении их здоровья в результате отказа от алкоголя и налаживания традиционного хозяйства. В реальности, обращаясь в протестантизм, коряки и эвены бросают пить и курить, многие начинают работать, живут лучше, прекращается вымирание народа. Но как отмечает сотрудник администрации, «с точки зрения геополитики, это нехорошо». Тем более, что православные священники в отдаленных районах долго не задерживаются.

Поскольку миссия протестантов осуществляется в труднодоступных районах, где нет РПЦ, а среди коряков, к примеру, есть уже пасторы общин, то критика не смогла помешать проповеди среди местного населения.

Под давлением епископа Феофана (Ашуркова) в 2002 году из Комиссии по вопросам религиозных организаций при губернаторе Магаданской области были удалены представители католиков и протестантов. Антисектантскую позицию епископа Феофана, а затем и сменившего его в 2003 году епископа Гурия (Шалимова), активно поддержала председатель Комиссии Александра Поспелова. При её же энергичной поддержке в 2004 году было инициировано принятие областного Закона о регулировании миссионерской деятельности (фактически не применялся и потерял свою актуальность после принятия положений о контроле миссионерства в «Закона Яровой» в июле 2016 года).

Несмотря на давление со стороны властей, высылку миссионеров, эмиграцию ярких пасторов, массовую миграцию населения из Магаданской области, протестантские церкви в основном сохранили свое влияние, существуют стабильно, а их многообразие во многом уникально для столь малочисленной области.

Наиболее известной национальной церковью является подразделение Объединенной церкви христиан веры евангельской – консервативных пятидесятников – на Колыме является Северо-Восточная христианская «Миссия милосердия» ХВЕ в Североэвенском районе. Руководитель миссии – Юрий Дикий (женат на корячке), миссионер с Украины. Юрий Дикий работает на Севере среди коренных народов с 1999 года. Одни из крупных общин, созданных миссионерами, находятся в пос. Эвенск и в Верхнм-Парене Магаданской области в тундре (до поселков добираются на вездеходе под названием «Евангелист»). Юрий Дикий предъявляет жесткие требования к корякам: отказ от язычества и языческих обрядов, амулетов, бубнов и от кремации в традиционной одежде (иногда делаются исключения, но пятидесятники стараются хоронить в землю в саванах). Отличие миссии Дикого от других пятидесятнических национальных церквей на Дальнем Востоке и в Сибири в том, что Дикий перенес все консервативные правила украинской пятидесятнической общины в церковь на Крайнем Севере (женщины ходят в платках, строгость в одежде в целом).

После того, как в поселках были организованы церкви, местные жители зарегистрировали территориально-соседскую общину «Эммануил». Её председателем был избран коряк Петр Итекьев, служитель пятидесятнической церкви. Одной из целей общины является получение, согласно законодательству, земли для восстановления традиционной хозяйственной деятельности: оленеводства, рыболовства, охоты и т.д. (однако власти затягивали решение этого вопроса). После того, как земля была выделена общине, верующим не хватило сил, чтобы реализовать свои проекты. Помимо этого, в 2004 году миссионер Северо-Восточной миссии милосердия ХВЕ Александр Кривоногов организовал несколько миссионерских поездок вглубь Магаданской области с конечными пунктами в посёлках Оротук, Усть-Омчуг, Ягодное, Усть-Нера, а так же по побережью Охотского моря.

Одновременно, в местной прессе публиковались критические статьи против евангельской миссии среди коряков. В статье корреспондентки Веры Тихменевой "Вероломные миссионеры" (газета "Колымский тракт", № 1(353), 04.01.2006) проводится расследование. В ходе встреч с "сектантами" автор пишет, что её коробит, когда миссионерка "стараясь заглянуть в глаза, сыпет цитатами из Библии" и приглашает в молельный дом. В детском лагере, куда журналистка проникает обманным путём, её коробит то, что воспитатель говорит грустной девочке: "я освобожусь, приду и помолюсь за тебя". Тихменева вопрошает: "Воспитатель – посредник между Богом и ребенком?" Далее в своём материале Тихменева критикует миссию пятидесятников в Северо-Эвенском районе среди корякского населения. "Коряков Бог любит! – внушает им новоявленный гуру…а всех остальных не любит? Возможно ли что-либо подобное в проповеди православного священника?", говорится в статье. Руководитель департамента культуры и социального развития мэрии Магадана Юрий Казетов объяснил своё отрицательно отношение к инициативам евангелистов-пятидесятников таким образом: "общество у нас светское, и доминирующая религия – православие" (газета "Колымский тракт", № 50(350), 14.12.2005).

Не только «коренным» протестантам, но и католикам пришлось отстаивать свое право на существование на Колыме – в конце 1990-х годов настоятель римо-католического прихода Рождества Христова в г. Магадане уроженец Анкориджа на Аляске отец Майкл Шилдс судился с Министерством юстиции РФ, которое хотело его выдворить, и выиграл суд. Другим самым трудным этапом своей жизни отец Майкл считает строительство храма (завершен в 2003 году). Американцу пришлось бороться с российской бюрократией и, к примеру, ждать три дня в кабинете чиновника, чтобы получить заветную подпись, так как отец Майкл не хотел давать взятку (из интервью отца Майкла Шилдса с автором в июне 2017 г.).

С середины 2000-х годов католический храм, построенный по проекту самого настоятеля, стал не только центром социальной работы и курсов английского языка, но и мемориалом колымских святых. В церкви устроена специальная часовня в память колымских мучеников. Иконы в православном стиле в этой часовне написаны по заказу отца Майкла – на одной из них изображен собор колымских святых, а на другой новомученики за веру советского периода, где впервые наряду с православными представлены католические подвижники, которых, соответственно, можно отличить по их священнической одежде. Среди святынь в этой часовне – терновый венец из колючей лагерной проволоки и четки для молитвы, сделанные из черного хлеба. С распятия на молящихся в этой часовне взирает Иисус Христос с чертами лица эвена – представителя коренных народов этого края. С начала 1990-х годов, когда отец Майкл решил остаться в Магадане и служить здесь, католики стали собирать свидетельства оставшихся в живых и не уехавших на «большую землю» узников лагерей, а затем издали книгу воспоминаний, а французы при участии католиков сняли фильм о Колыме.

Несмотря на то, что историю православия в официальных хрониках часто начинают на Дальнем Востоке с освоения этих земель казаками в XVII веке, но в реальности православие стало возрождаться с момента основания епархии в 1991 году. С первыми епископами РПЦ у других христианских конфессий связаны вполне благожелательные воспоминания (они шли на контакт) – это Аркадий (Афонин) и Ростислав (Девятов). Межконфессиональный диалог был прерван, когда на кафедру взошел епископ Феофан (Ашурков) – при нем протестантов перестали допускать в Комиссию при губернаторе. Тогда же начались публичные нападки в адрес баптистских и пятидесятнических миссионеров, якобы наносящих вред «традиционному образу жизни» народов Крайнего Севера тем, что они обращают их в веру и запрещают пить алкоголь. «Антисектантская риторика» усилилась еще более при епископе Гурии (Шалимове). Епископ Иоанн (Павлихин), глава епархии с 2011 года, человек с характером – в прессе его обвиняли в том, что плеснул кипятком в своего дьякона за плохое исполнение гимна области. Однако при нем же епархия стала проводить акции против абортов и был открыт семейный кризисный центр для матерей-одиночек.

Над советской, уже обветшавшей и во многом разрушающейся, застройкой Магадана возвышается православный Свято-Троицкий собор, возведенный в 2008 году. Его блестящие на солнце золотые купола на фоне серых домов сразу бросаются в глаза, когда гости города въезжают в Магадан со стороны аэропорта. Собор – это символ новой православной России, который всегда будет сосуществовать здесь с другим памятником – «Маской скорби» скульптора Эрнста Неизвестного. «Маска» была установлена в 1996 году (изначально предполагалось, что такие «Маски» будут в других «столицах ГУЛАГа» - Воркуте и Екатеринбурге), монумент включает в себя распятие, камни с названиями отдельных лагерей и символы всех конфессий (православия, католицизма, протестантизма) и религий (от иудаизма до ислама и буддизма). «Маска скорби» стала вечным напоминанием о силе духа и о том, что перед Богом все люди равны, а веру каждого надо уважать.

Как отмечает в своей статье о посещении Магадана президент Кестонского института Ксения Деннен, есть что-то ироничное в том, что в магаданском аэропорту всех приезжающих встречает большой постер «Добро пожаловать в Колыму – золотое сердце России!». В годы репрессий заключенные выдерживали на золотых приисках лишь несколько месяцев. Часовня колымских святых, созданная отцом Майклом, с молитвенником заключенного, четками из хлеба, камнями черного гранита с мемориалом погибших – именно здесь настоящее «золотое сердце» Колымы (Xenia Dennen. Remembering the Martyrs of Magadan. Keston Newsletter. Keston Institute. № 26, 2017. P.30-31).